Алексей Филатов (alfafilatov) wrote,
Алексей Филатов
alfafilatov

Categories:

Скажу, как один из этих… Из пишущих ветеранов

«Бывших сотрудников ФСБ не бывает». Эту фразу знают, наверно, все, кто знает о существовании «конторы». Но смысл ей как правило приписывают какой-то зловещий, хотя речь идёт в основном об ответственности, которая остается у сотрудника даже после увольнения со службы. Одна из граней этой ответственности – необходимость следить за языком. Спустя год, десять или даже 20 лет…

На днях на рассмотрение Госдумы поступил законопроект, ограничивающий свободу высказывания для бывших сотрудников органов ФСБ. Депутаты Василий Пискарев и Дмитрий Вяткин внесли на рассмотрение коллег предложение изменить статью 7 ФЗ «О федеральной службе безопасности». Они хотят запретить разглашать информацию, «распространение которой может создать угрозу собственной безопасности органов ФСБ или нанести ущерб их репутации». Речь не о государственной тайне, а именно о профессиональной.

Предполагается, что подготовленные для открытого опубликования информационные материалы, касающиеся деятельности органов безопасности, перед публикацией должны будут пройти «экспертную оценку» и получить заключение о возможности публикации. При этом, что можно, а что нельзя, а также порядок проведения экспертизы должен будет определить директор ФСБ. «Распространение информационных материалов, касающихся деятельности органов безопасности, без соответствующего заключения не допускается», - сказано в документе.

При желании, пытливый ум углядит в этом цензуру и нарушение 29 статьи Конституции. Но это только в том случае, если подходить к вопросу формально, не вникая в суть. В действительности же закон более чем своевременный.

Дело в том, что многие увольняемые в запас, с трудом видят грань между тайной и обыденностью. За годы службы, ежедневная рабочая рутина начинает казаться очевидной всем. И рассказывая байки или случаи из жизни они незаметно для самих себя раскрывают, например, детали каких-то операций, подходов к решению оперативных задач, принципов принятия решений в боевых ситуациях и многое другое. С развитием соцсетей эта проблема встала особенно остро – вещают теперь все желающие. А ведь с большинства запасников, если они официально не работали с гостайной, даже подписки о неразглашении не брали…

Признаюсь, за свою 17-летнюю ветеранскую жизнь, у меня тоже был случай, когда я и сам допустил оплошность: опубликовал фотографии с лицом действующего сотрудника. Отчасти меня оправдывает то, что фотография была 20-летней давности и так себе качества. Узнать на ней кого-то было нереально. Но тогда меня вовремя поправили старшие товарищи.

Если бы перед такими публикациями материалы могли просматривать Центры общественных связей (ЦОС) ФСБ, то я непременно показал бы им ту фотографию. Так что закон, защищающий не только государственную, но и служебную тайну, необходим. Но для того, чтобы он работал нормально, помогая обществу и органам безопасности, нужно, чтобы грамотно и оперативно работали ЦОСы. Тогда и объективной и живой информации о работе ФСБ было бы больше.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments