Алексей Филатов (alfafilatov) wrote,
Алексей Филатов
alfafilatov

Categories:

Кто поможет подросткам: ФСБ или психологи?

Первое, что приходит в голову, когда читаешь новости о подростках, задержанных при планировании подготовки теракта, это какие-то запреты: доступа к какой-либо информации в интернете, к интернет-покупкам, ужесточение «родительского контроля» и т.д. Но есть кое-что, что можно сделать не в репрессивном ключе. Но для этого надо признать, что наше общество не очень здорово в психологическом плане.
Вчера ФСБ отчиталась о задержании двух подростков в Керчи. Оперативники провели обыск в их квартирах и обнаружили взрывчатку и оружие. Задержанные рассказали, что они тренировались «на животных» и были последователями Влада Рослякова, который устроил массовое убийство в Керченском Политехническом колледже. Другого подростка задержали в Курганской области — он якобы знал о готовящихся нападениях, пока он проходит свидетелем.
Один из задержанных — 15-летний Данил Аниченко был в так называемой «зоне риска» — его знали в полиции еще до задержания. Два года назад с ним проводили профилактическую беседу по поводу фашистких символов, которые он публиковал у себя в соцсетях. Помимо этого, Даниил засветился в чатах, где обсуждал взрывчатку. Сообщается, что «даже после беседы он всё равно вступил в интернет-сообщество неонацистов, одним из участников которого являлся Влад Росляков».
Хорошо, что подросткам не дали совершить преступление. Плохо, что всё, что мы можем противопоставить подобной угрозе – работа спецслужб, которая после дела «Сети» вызывает всё меньше доверия общества.
Если вдуматься, то речь идет о проблемах с социальной адаптации этих подростков. Это проблема не спецслужб, а семьи и школы. Много лет в России существует институт школьных психологов, но эффективность его – ниже плинтуса. Потому что директора школ и чиновники от образования не видят в этом смысла и подходят к этому формально, для галочки. Должен быть психолог – пожалуйста, вот юная выпускница педагогического вуза на минимальную ставку и 1000-1500 учеников под её присмотром. Именно так работает институт школьных психологов в большинстве регионов России.
Школьные психологи, как правило, трудоустроены не в школах, а в специальных Центрах. К каждой, даже самой большой школе, прикреплены по одному-два психолога. Это минимум по 500 учеников на каждого. И не важно, идёт речь об элитной гимназии в центре большого города или о школе с трудными подростками на окраине рабочего городка. Один-два специалиста с зарплатой в 13-15 тыс. рублей. Даже забыв о микроскопическом размере оплату труда, нагрузка на школьного психолога за пределами физических возможностей. В итоге, вместо реальной психологической поддержки – профанация и, как говорят специалисты, девиантное и делинквентное поведение детей и подростков, а также депрессия и самоубийства – количество детских самоубийств в России в 2018 году достигло почти 800 случаев. Это страшная цифра, которую можно и нужно корректировать.
Институт школьных психологов должен перестать быть только «для галочки». Для этого нужна государственная программа, подразумевающая как увеличение количества специалистов в школах, так и увеличение оплаты их труда. И тогда постепенно, через пару-тройку лет, уверен, мы сможем увидеть снижение детской и подростковой преступности, количества детских самоубийств, случаев так называемого буллинга. Тогда меньше работы будет у полиции, ФСБ и ЦПЭ, которым не придется искать свастики на страницах во «ВКонтакте».
Но прежде всего надо признать, что нашему обществу требуется профессиональная психологическая помощь. А как сказал классик, «признание проблемы – половина успеха в её разрешении».
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment